Здравствуйте, дорогие читатели!
Этот комедийный музыкальный фильм – премьера в кинотеатрах состоялась 29 декабря 1956 года − первый самостоятельный художественный фильм Эльдара Александровича Рязанова, вышедший на большой экран (до него были только совместные с другими режиссёрами), и третья кинороль Людмилы Марковны Гурченко. Он стал лидером советского кинопроката 1956 года (его посмотрели 48,6 миллионов зрителей), и лучшим фильмом 1957 года (по опросу журнала «Советский экран»). А ещё он получился феноменально коротким для того времени − немногим более 1 часа 10 минут.
«Карнавальная ночь»
Рязанов закончил съёмки фильма «Весенние голоса» (совместно с Сергеем Николаевичем Гуровым), и планировал съездить в отпуск. Вдруг его вызвал директор студии «Мосфильм» Иван Александрович Пырьев, и предложил снять самостоятельно музыкальную комедию. Рязанов сначала отказался. Но услышал: «Ты ещё подумай». Эльдар Александрович очень хотел попасть в штат киностудии и понимал, что: если не согласится, – можно забыть о месте и о карьере в кино. Поэтому он поехал в Дом творчества Болшево дорабатывать сценарий, который написали Борис Савельевич Ласкин и Владимир Соломонович Поляков.
Эльдар Александрович хотел сделать фильм более жгучим и сатирическим, обратив особое внимание пороки начальника сталинской закваски Огурцова (так, фраза Огурцова «Нам Гоголи и Щедрины нужны» − это слова Иосифа Виссарионовича Сталина при обсуждении кандидатур на Сталинские премии 26 февраля 1952 года, опубликованные в редакционной статье «Правды» от 7 апреля 1952 года). Но курировавший фильм Иван Пырьев, решил, что необходимо заострять внимание на комедийных моментах.
Мнение Ивана Александровича было решающим и в вопросе выбора исполнителей главных ролей – Игоря Владимировича Ильинского и Людмилы Гурченко. Рязанов хотел видеть в роли Огурцова Петра Александровича Константинова, но Иван Пырьев отметил, что Огурцов Константинова − не смешной, а злобный чиновник.
Эльдар Александрович опасался, что популярный актёр Ильинский не станет его слушать. Но Игорь Владимирович мало того что никогда не лез со своими советами, но и сделал всё, чтобы члены съёмочной группы с уважением относились к молодому режиссёру.
Среди претенденток на роль Леночки были Ирина Константиновна Скобцева (забраковал худсовет), Лилия Витальевна Юдина и Валерия Николаевна Бескова. Людмила Марковна Гурченко провалила свои пробы из-за ещё неопытного оператора Эмиля Андреевича Гулидова, который неправильно подобрал ей одежду и плохо выставил свет. И худсовет утвердил актрису самодеятельности, студентку авиационного института Людмилу Касьянову. У неё в то время был небольшой дефект речи, и поэтому сценарий немного переделали. Но на третий день съёмок Рязанов и Пырьев поняли, что Касьяновой не хватает актёрского мастерства. Случайно в коридорах «Мосфильма» Пырьеву попалась Гурченко. На этот раз пробу провели профессионально. Касьянова же − попалась на глаза ассистентке, которая отвела её на пробы фильма «Дон Кихот»; хотя есть версия, что эти съёмки она сама посчитала более перспективными, чем в комедии начинающего режиссёра. Почти все платья Леночки − пришлось перешивать, потому что они были сшиты по меркам Касьяновой. Только чёрное платье с белой муфтой было сшито уже для Гурченко; а юбка, которую она носит в начале фильма, − из её личного гардероба.
После того как отсняли всё, что происходило до начала новогоднего вечера, − руководство «Мосфильма» вынуждено было констатировать большой перерасход средств и нарушение графика съёмок. Был собран художественный совет, состоявший из известных режиссёров (ни один из которых − не работал в комедийном жанре), которые разнесли отснятое в пух и прах. По воспоминаниям Рязанова, знаменитый Сергей Иосифович Юткевич назвал фильм «чудовищной пошлостью» и предложил просто дать его закончить, а потом забыть о нём и о его авторе «как о кошмарном сне». Такая рецензия заставила Рязанова упорнее отстаивать судьбу своего детища, а Иван Пырьев, не разделявший позицию худсовета, решил обратиться к мнению Михаила Ильича Ромма, имевшего непререкаемый авторитет среди кинематографистов того времени, который одобрил, поддержал работу.
Тексты песен написали Владимир Александрович Лифшиц и Вадим Николаевич Коростылёв. Музыку создал композитор Анатолий Яковлевич Лепин, который впоследствии работал над многими картинами Рязанова. Людмила Марковна вспоминала, что с музыкальными номерами экспериментировали – так, её вокал в «Песне о хорошем настроении» записывали отдельно от оркестра.
Известный нам будильник построили в павильоне «Мосфильма», где снимали почти все музыкальные номера. Сам фильм (интерьеры ДК) снимали в театре Советской армии − «Карнавальная ночь» стала первой цветной лентой, которую снимали в помещении; и это был риск: съёмки в цвете во времена создания фильма требовали очень много света, осветительные приборы сжигали кислород.
«Карнавальная ночь» способствовала возникновению популярного в СССР жанра новогодних огоньков в коллективах, и стала предвестницей программы «Голубой огонёк» на ЦТ.
Рязанов вспоминал о своём первом фильме:
«Чего мне только не говорили о “Карнавальной ночи”… что это пошлый, мерзкий сценарий; а картина побила все рекорды».
Режиссёр Александр Сергеевич Орлов рассказал о восприятии фильма современниками:
«Я помню тот поток света, радости и юмора, который врывался с этой картиной в нашу жизнь. Фильм был настоящим событием, особенно для людей, живущих в провинции. Он был связан с концом сталинской эпохи, с началом оттепели, с надеждой на то, что уж теперь-то наша жизнь обязательно изменится к лучшему. Недаром герои Гурченко и Белова говорят в финале: “Счастье… Будет оно?” − “Обязательно будет!”»
До скорой встречи!
Ваша Татьяна Белоусова